#Я4цн2дм?

БРЫЗГИ ШАМПАНСКОГО

Новый год, порядки новые,
Колючей проволокой лагерь обнесен,
И всюду чудятся глаза суровые –
То смерть голодная глядит со всех сторон.

Новый год, пора счастливая,
Я на свободе и опять со мной друзья.
И ты под елкою опять игривая,
Такая точно, как была еще тогда.

Голос твой звучал так ласково,
Что о любви хотелось говорить.
И я без памяти был от шампанского…
Какое счастье быть любимым и любить!

Новый год! Вино шипучее
Чтоб все казалось милой шуткой – будем пить,
За очи карие, за очи жгучие,
Чтоб за шампанским все на свете позабыть.

Новый год. Зимой суровою
Блистают радугою тысячи огней.
Лилось шампанское рекой лиловою,
А ты под елкой пела, словно соловей.




Запрещенные песни. Песенник. / Сост. А. И. Железный, Л. П. Шемета, А. Т. Шершунов. 2-е изд. М.: Современная музыка, 2004.



Лагерная песня на мотив популярного танго "Брызги шампанского", написанного аргентинцем Хосе Лукьеси (José M. Lucchesi), вероятно, в середине 1930-х гг.: к этому времени относятся его записи на пластинку в исполнении оркестра Лукьеси. Оригинальное название - "Espuma de Champagne" ("Пена шампанского"). Сочинена не ранее 1938 г., так как новый год с елками в СССР праздновался с 1 января 1938 г. Ниже приведен вариант с реалиями Великой Отечественной войны - если песня действительно сочинена не позднее нее, то фраза "порядки новые" не связана с ужесточением лагерных порядков на манер концлагерей, в том числе запрете свободного перемещения внутри лагеря, что произошло вскоре после войны.


ВАРИАНТЫ (2)

1. Новый год, зимой суровою


Новый год, зимой суровою,
А я по пояс весь в снегу обледенел.
Сплошные выстрелы, "Катюша" вновь гремит,
Над головой снаряд немецкий пролетел.

Как будто там мы будем пить вино шипучее
За очи карие, за то, чтоб жить,
Чтоб жизнь казалась нам
Немножко лучшею,
А за шампанское готов я умереть.

Новый год, порядки новые,
Колючей проволокой лагерь обнесен.
Кругом глядят глаза, глаза суровые
И смерть голодная повсюду стережет.

Как будто там мы будем пить вино шипучее,
За очи карие, за то, чтоб жить.
Чтоб жизнь казалась нам
Немножко лучшею,
А за шампанское готов я умереть.

Милая, не будь унылая.
Хоть и мучителен тяжелый приговор.
Придет победы час.
Судьба спасет всех нас,
А за судьбы забор сам въедет прокурор.

Как будто там мы будем пить вино шипучее.
(и так далее.)

Песни узников / Сост. Владимир Пентюхов. Красноярк: Офсет, 1995. Подпись - Борис Емельянов (танго "Брызги шампанского"). (Песни политзеков собраны в основном от самих бывших политзеков в 1991 г. во время экспедиции на борту дизельэлектрохода "Латвия" по Енисею от Красноярска до Норильска, посвященной памяти жертв сталинских лагерей).


Автором этого варианта здесь назван Борис Емельянов - московский поэт из золотой молодежи эпохи НЭПа, до отправки на Соловки выступавший с экспромтами в кабаре; его стихи, в том числе песня "Море Белое - водная ширь", публиковались в соловецкой лагерной печати. Однако соловецкие песни Емельянова относятся к середине 1920-х гг., а танго "Брызги шампанского" было записано на пластинку лишь десять лет спустя.


2. Ниночка

Новый год. Порядки новые.
Колючей проволокой концлагерь окружен.
Со всех сторон глядят глаза суровые,
И смерть голодная глядит со всех сторон.

Ниночка, моя блондиночка,
Родная девочка, ты вспомни обо мне,
Моя любимая, незаменимая,
Подруга юности, товарищ на войне.

Милая, с чего унылая,
С чего с презрением ты смотришь на меня?
Не забывай меня, я так люблю тебя,
Но нас с тобою разлучают лагеря.

Помнишь ли, зимой суровою,
Когда зажглись на елке тысячи огней,
Лилось шампанское рекой веселою
И ты под елкой пела, словно соловей?

В мыслях пью вино шипучее
За губки алые, чтоб легче было жить,
Чтоб жизнь в концлагере казалась лучшею
И за шампанским удалось все позабыть...

Татьянин день: Песенник. Новосибирск: Мангазея, 2004. (Хорошее настроение).


Куплет "Ниночка, моя блондиночка" - из популярной в годы Великой Отечественной войны песни "Ниночка", которая, видимо, исполнялась на тот же напев.




  




Ваша поддержка ускорит проект и победу разума: