С.А. Андросов, главный специалист Государственного архива в Автономной Республике Крым

К ВОПРОСУ О ГОСУДАРСТВЕННОЙ СИМВОЛИКЕ КРЫМА В 1918 г. (КОММЕНТАРИЙ ОДНОГО АВТОГРАФА А. И. МАРКЕВИЧА)

Журнал "Историческое наследие Крыма", №8, 2004


В бурный 1918 г. в Крыму была предпринята попытка создания относительно самостоятельного государства с присущими ему атрибутами [1]. К 1 мая 1918 г., бесцеремонно поправ условия заключенного с Советской Россией Брестского договора, германские войска захватили весь Крымский полуостров. Спустя два с половиной месяца с благословения оккупационной администрации начало свою деятельность Крымское краевое правительство во главе с генерал-лейтенантом М.А. Сулькевичем. 25 июня 1918 г. оно обнародовало декларацию, своего рода программу действий, составленную в виде обращения «К населению Крыма». «Крымское Краевое Правительство, — сообщалось в ней, — ставит своей задачей сохранение самостоятельности полуострова до выяснения международного положения его и восстановления законности и порядка» [2]. Однако идея суверенитета Крыма неоднозначно воспринималась в среде спасавшихся здесь от большевизма представителей былого политического бомонда. Так весьма скептически относился к ней известный земский деятель кадет В.А. Оболенский. В своих воспоминаниях он писал: «В целом же ряде мелких актов и действий отделение Крыма от России подчеркивалось на каждом шагу и оскорбляло русское национальное чувство. Такое пыжание русских людей, сидевших в правительстве , в угоду немцам, охранявшим нас от большевиков, сделать вид, что они управляют самостоятельным государством, было противно... Помню, например, как слова «таврический» и «губернский» сделались нелегальными. Началось перекрашивание вывесок всех учреждений, носивших заглавия «таврических» и «губернских». Теперь их перекрестили в «Крымские», «краевые» [3]. Иной точки зрения придерживался октябрист В.С. Налбандов. В записках «История возникновения Крымского правительства» он, в частности, указывал: «...Вообще, по моему мнению, во все это смутное время Крым, как отдельная единица, временно отдельная, мыслился далеко не одними татарами» [4]. Для наполнения понятия суверенитета реальным содержанием намечалось осуществить ряд мер, включая демаркацию границы с Украиной, формирование собственных сухопутных и морских вооруженных сил, введение института крымского гражданства. Декларация определила символы государственности. Флаг представлял собою голубое полотнище. В верхнем углу его около древка располагался герб Крыма, унаследованный от Таврической губернии и выглядевший следующим образом: на золотом поле черный византийский, увенчанный двумя золотыми коронами орел с золотыми клювами и когтями и червлеными языками, на груди его в лазуревом с золотыми краями щите — золотой восьмиконечный крест [5].



Следует заметить, что в то время был разработан проект нового герба для Крыма, оставшийся так и неутвержденным [6]. Автором его являлся председатель Таврической ученой архивной комиссии А.И. Маркевич. В фонде Министерства внутренних дел Крымского краевого правительства, хранящемся в Государственном архиве в Автономной Республике Крым, выявлен автограф А.И. Маркевича — письмо на имя М.А. Сулькевича, датированное 9 июня 1918 г. Данный документ интересен тем, что в нем в общих чертах зафиксировано представление А.И. Маркевича о том, какой могла быть государственная эмблема Крыма. В деле к письму приложены 9 цветных рисунков с различными изображениями предполагаемого герба. На самом письме имеется резолюция М.А. Сулькевича: «Рассмотреть проект и рисунки...» [7]. Набрасывая эскиз герба, А.М. Маркевич полагал, что помещенные на нем символы должны пользоваться уважением у населения полуострова независимо от его национального происхождения и религиозных убеждений и что они должны иметь исторические корни, то есть подчеркивать связь с государственными образованиями, существовавшими на территории Крыма в прошлом. Исходя из таких посылок, он сделал выбор в пользу двух негеральдических фигур, каждой из которых отводилась своя половина гербовой композиции. На золотом поле верхней или правой половины предлагалось поместить черное изображение Георгия Победоносца на белом коне. Согласно канонам западноевропейской геральдики золото означало богатство и силу. Св. Георгий Победоносец олицетворял образ мужественного защитника родной земли и с давних времен почитался как на христианском Западе, так и на мусульманском Востоке. Его облик встречается также на печатях великих князей московских, русских царей и императоров, гербах Российского государства и г. Москвы в виде светского (без нимба) всадника [8]. Первоначально в нем видели князя, затем царя, сокрушавшего своих врагов, символически изображенных в образе поверженного змия. Только в 1730 г. при трактовке московского герба всадник официально был назван Св. Георгием Победоносцем [9]. В Крыму его изображение как гербовый символ генуэзских колоний на Черном море появляется после передачи их в 1453 г. генуэзскому банку Св. Георгия.

Нижняя или левая часть проектируемого герба отражала национальную символику крымских татар. На голубом поле цвета знамени «кок-байрак» правившей в Крымском ханстве с XV по XVIII вв. династии Гиреев должна была находиться их черная родовая тамга, обозначавшая, в трактовке О.А. Акчокраклы, гребень — «тарак» [10]. Такие символы, по мнению А.И. Маркевича, в целом могли устроить основные этносы, проживавшие в Крыму в то время. Судя по тексту документа, ему не удалось определиться с окончательным вариантом расположения гербовых фигур. В связи с этим, несомненно, заслуживают внимания подшитые в дело вместе с автографом рисунки герба. К сожалению, в письме А.И. Маркевича нет упоминания о рисунках, поэтому установить их авторство не представляется возможным. Итак, обратимся непосредственно к самим рисункам. Воплощенные в них проекты государственной эмблемы Крыма условно распределим на две группы. К первой отнесем те, в которых более или менее точно передана изложенная А.И. Маркевичем в письменном виде идея герба, а ко второй — имеющие те или иные отклонения. Проектов, включенных в первую группу, оказалось четыре (рис. 1—4). В основу изображенной на них гербовой композиции положен французский геральдический сложный щит: либо сердцеобразный (рис. 1—2), либо классический продолговатый четырех¬угольный, нижние края которого, слегка закругляясь, сходятся к середине под углом (рис. 3—4). Для главного деления щита на две равные половины применены как рассечение с помощью перпендикуляра, опущенного из середины верхней стороны на основание (рис. 1—3), так и скошение влево путем проведения диагонали из правого верхнего угла к левому нижнему краю (рис. 4). На золотом поле левой (в письме — правой) половины (рис. 1—3), а также верх¬него треугольника (рис. 4) щита помещено изображение Георгия Победоносца. Он представлен как в виде светского всадника (рис. 1, 2, 4), так и святого с нимбом вокруг головы (рис. 4). На правой (в письме — левой) половине (рис. 1—3) и нижнем треугольнике (рис. 4) щита голубого цвета расположена черная тамга Гиреев.

Вторую группу составили пять проектов (рис. 5—9). Остановимся кратко на их особенностях. Прежде всего надо отметить использование в качестве основы герба наряду со сложным (рис. 5) простого, то есть неразделенного щита либо голубого (рис. 9), либо серо-голубого (рис. 6—8) цвета. В двух вариантах он имеет окантовку, стилизованную под ленту ордена Св. великомученика и победоносца Георгия (рис. 7—8). Следующей особенностью является появление на щите по направлению скошений одной из главных геральдических фигур — перевязи как справа (рис. 6), так и слева (рис. 5, 8, 9). Перевязь выполнена в виде георгиевской ленты с тремя продольными черными полосами и двумя желтыми между ними.

Надо отметить еще один существенный аспект, касающийся размещения на щите негеральдических фигур: Георгия Победоносца и тамги Гиреев. Если на проектах первой группы они занимают равнозначное положение, то на остальных явно превалирует Георгий Победоносец, которому отведено почетное место в центре герба. Он представлен в образе светского всадника на фоне золотого круга, вписанного в белый ромб (рис. 8), и святого — на фоне золотого ромба (рис. 6), золотого круга, вписанного в белый ромб (рис. 7), и голубого круга, обрамленного золотым лавровым венком (рис. 9). Из этих пяти проектов герба тамга Гиреев представлена только на трех, занимая место или в оконечности (рис. 5, 7), или в правом нижнем углу щита (рис. 6). И, наконец, последнее. На одном из проектов (рис. 6) в левом верхнем углу щита помещено черное изображение крымской горы Чатырдаг с водруженным над ней белым восьмиконечным крестом. Этот элемент, по сути, представляет собой эклектическое соединение символов, заимствованных у город¬ского герба Симферополя, утвержденного 17 ноября 1844 г. В соответствии с описанием П.П. Винклера он выглядел так: «В щите, разделенном на две части, в верхней — среди голубого поля золотой крест, в нижней — среди золотого поля Чатырдаг, высочайшая из крымских гор» [11].

Таким образом, в предложенном А. И. Маркевичем проекте нового герба Крыма проявилась тенденция сочетания атрибутов европейской и восточной символики. Подобный дуализм объяснялся полиэтничностью населения полуострова, геральдические традиции которого приходилось учитывать.


Список использованной литературы

1. Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. К вопросу о Крымском краевом правительстве М.А. Сулькевича (1918 г.) // Крымский музей. — Симферополь: Таврия — 1995 — № 1. — С.46, 55; Они же. Без победителей. Из истории граждан¬ской войны в Крыму. — Симферополь: Таврия. — 1997. — С.128; Зарубин В.Г. Из истории государственности Крыма в годы революции и гражданской войны // Бахчисарайский историко-археологический сборник. — Симферополь: Таврия. — 1997. — Выпуск 1. — С.438.
2. Государственный архив в Автономной Республике Крым (ГААРК). — Р-1000. — Оп.4. — Д.19. — Л.15.
3. Оболенский В.А. Крым в 1917—1920-е годы //Крымский архив. — Симферополь. — 1994. — №1. — С.82.
4. ГААРК. — Р-1000. — Оп.2. — Д.1. — Л.3.
5. Винклер П.П. Гербы городов, губерний, областей и посадов Российской империи, внесенные в Полное собрание законов с 1649 по 1900 год. — М.: Планета, 1991. — С.190.
6. ГААРК. — Р-999. — Оп.1. — Д.62. — Л.32—32 об.
7. Там же. — Л.32.
8. Лакиер А.Б. Русская геральдика. — М.: Книга, 1990. — С.82.
9. Каменцева Е.И., Устюгов Н.В. Русская сфрагистика и геральдика. — М.: Высшая школа, 1974. — С.128.
10. Акчокраклы О. Татарские тамги в Крыму (Материалы научно-этнографической экспедиции по изучению татарской культуры в Крыму 1925 г.). — Симферополь, 1927. — С.9.
11. Винклер П.П. Указ. соч. — С.137.


  




Ваша поддержка ускорит проект и победу разума: