В.Г. Зарубин, историк, магистр государственного управления
В.М. Надикта, сотрудник Крымского Республиканского краеведческого музея


ПОД КОМАНДОЙ СУЛЬКЕВИЧА И ШНЕЙДЕРА

Журнал "Историческое наследие Крыма", №10, 2005


Развал России, начавшийся вскоре после Февральской революции, и формирование национальных войсковых частей вели к разрушению единой армии и флота. Из ее состава на территории Крыма, кроме частей пограничной и внутренней стражи, находились лишь несколько запасных полков, украинизированные и мусульманские формирования.

В условиях начавшейся Гражданской войны часть войсковых подразделений приняла сторону крайних левых политических движений. Костяком их сил на полуострове были моряки Черноморского флота. В противовес им крымскотатарская Директория и многопартийный Таврический губернский совет народных представителей формируют в октябре 1917 года Штаб Крымских войск во главе с Джафером Сейдаметом и полковником А.Г. Макухиным. Тогда же создается 1-й Крымский Татарский полк «Уриэт» и Крымскотатарская бригада в составе двух полков [1].

генерал Мацей Сулькевич
Генерал Мацей Сулькевич, 1899 г.

В январе 1918 года на всей территории Крыма устанавливается власть большевиков, левых эсеров и анархистов, а к 1 мая полуостров уже занят немецкими войсками.

25 июня 1918 года с согласия оккупационных властей создается Крымское краевое правительство, которое возглавляет премьер-министр М.А. Сулькевич [2], одновременно занимавший и посты военного министра и министра внутренних дел. Его правительство ориентировалось на достижение Крымом государственной самостоятельности. В это время создается министерство иностранных дел, учреждается крымское гражданство, утверждаются флаг и герб Крыма.

31 июля М.А. Сулькевич составляет текст присяги на верность Крымскому краевому правительству следующего содержания: «Честью моей клянусь и торжественно перед всеми согражданами обещаюсь всемерно в своих суждениях и деяниях блюсти благо Крымского края и повиноваться Крымскому краевому правительству не токмо за страх, но и за совесть, памятуя, что в исполнении этого моего обета лежит ныне залог сохранения достоинства и благополучия Края и личного блага его гражданина» [3].

Правительство декларирует и создание собственных вооруженных сил. Самому М.А. Сулькевичу, видимо, было достаточно сложно совмещать несколько постов, и поэтому Совет Министров своим постановлением от 25 июля 1918 года возложил непосредственное руководство военным министерством на генерал-майора А.С. Мильковского, назначив его помощником Военного Министра, что и было объявлено приказом № 6 [4].

Военное министерство развернуло активную деятельность по организации службы, подбору командного состава, формированию частей. Так, в частности, при Министерстве внутренних дел было создано управление Крымской краевой внутренней стражи, а к 1 октября 1918 года приказом № 29 начато формирование Караульной команды при Военном министерстве. Он утверждает штат притча полковых церквей и мечетей. К Военному министерству прикомандировываются мусульманские и православные священнослужители.

Приказом № 4 от 20 июля 1918 года М.А. Сулькевич объявил о присвоении постановлением Совета Министров командующему Крымским отдельным пограничным дивизионом ротмистру Н.Л. Арнольди чина полковника «за отличие по службе». Он утверждает и офицерские чины, присвоенные бойцам Крымского конного полка Дж. Сейдаметом еще в начале января 1918 года.

Ряд других приказов Военного Министра регламентировали отношения между военнослужащими. Так, в приказе № 48 от 26 октября отменялись «Декларация прав военнослужащих», восстанавливалось титулование генералов «Ваше превосходительство», запрещались самовольные отлучки из расположения части, а в приказе № 62 от 12 ноября объявлялось об утверждении «Временных правил о судах чести» для офицеров бывшей Русской армии [5].

Среди приказов военного ведомства Крыма имеются и распоряжения о форме одежды военнослужащих. Так, 4 сентября 1918 года приказом № 17 принимается решение: «Для удобства выработки формы одежды Крымских войск образовать под председательством начальника штаба министерства комиссию в составе: обер-квартирмейстера, интенданта и штаб-офицера для поручений при военном министерстве». В качестве экспертов председателю разрешается приглашать для работы в комиссию офицеров-художников, портных и других специалистов. Руководство комиссией было возложено на подполковника В.И. Базаревича. Но создать новую форму оказалось не так-то просто «вследствие трудностей и даже невозможности приобретения каких бы то ни было материалов». Поэтому 16 октября 1918 года приказом № 38 было разрешено «всем военнослужащим военного ведомства Крымского краевого правительства донашивать форму образца, бывшего в русской армии», но с изменениями кокарды и погон.

«Кокарда для генералов, офицеров и врачей овальной формы прежнего размера, но с заменой двух черных ободков в середине — голубыми. Для военных чиновников так же, но круглой формы. Для солдат такая же кокарда, как и офицерская, но наружный ободок белый металлический гладкий» [7]. Из описания не совсем ясно, заменялись ли на солдатских кокардах ободки оранжевого цвета на желтые, как на офицерских, или же они оставались прежнего типа, что и раньше. Что касается погон, то они остались прежнего образца, «но без номеров и шифровки, причем генералы и офицеры имеют погоны рода оружия, по которому числятся. Для солдат всех частей и учреждений военного ведомства устанавливались погоны алого цвета с синей выпушкой» [8].

Впрочем, принятие каких-либо официальных документов не исключало частной инициативы или самодеятельности. Так бывший председатель Симферопольской губернской земской управы князь В.А. Оболенский в своих воспоминаниях о встрече летом 1918 года с М.А. Сулькевичем писал: «Пока он рассыпался пред мной своим сочным приятным генеральским баритоном, я смотрел на треугольник зеленого шелка — эмблема пророка Магомета, — нашитый на борт его русского военного мундира, на золотые жгуты сменившие на его плечах генеральские погоны и на лежавшую на столе фуражку, на которой знак полумесяца заменил русскую офицерскую кокарду» [9].

Оставим достоверность описания на совести князя, тем более что проверить его достаточно сложно. На всех известных фотографиях М.А. Сулькевича описанных элементов формы не видно. Заметим однако, что В.А. Оболенский мог спутать зеленый цвет с голубым. Устанавливая государственную символику, М.А. Сулькевич не использовал зеленый цвет, а в тексте присяги, подписанной им, нет упоминания об Аллахе, даже о Боге вообще. Во-вторых, использование в качестве кокарды откровенного религиозного символа также маловероятно. М.А. Сулькевича трудно заподозрить в приверженности к исламу, хотя религию он уважал. Полумесяца нет ни на гербе, ни на флаге, ни на других атрибутах государственной власти. Так почему же он стал бы использовать его в качестве военной эмблемы. В-третьих, жгуты на плечах могли быть либо гусарскими шнурами, либо немецкими плетеными погонами, или, наконец, чем-то похожим на плетеные погоны гетмана Скоропадского. И, наконец, решение о создании военной формы для Крымских войск принималось в конце лета — начале осени 1918 года.

Так что же тогда видел князь? Быть может, это элементы формы 1-го Мусульманского корпуса, которым М.А. Сулькевич командовал с осени 1917 года до июня 1918 года, или это и есть проявление «частной инициативы».

Деятельность комиссии Военного министерства фактически оказалась безрезультатной. Мы не располагаем документами об окончательном утверждении этих образцов, неизвестно, какие предприятия должны были изготавливать кокарды и погоны. Также в связи со сложной политической обстановкой в Крыму маловероятно, чтобы эти кокарды и погоны вообще успели изготовить, разослать и раздать для ношения. Известно только одно — до настоящего времени никаких образцов, похожих на описанные в приказе, ни в одной коллекции не встречено.

Подобное начинание по созданию собственных вооруженных сил в Крыму вряд ли могло устроить командование германских оккупационных войск и шло вразрез с намерениями германского правительства в отношении Украины. 15 ноября 1918 года правительство М.А. Сулькевича было сменено правительством С.С. Крыма, которое уже не помышляло о собственных вооруженных силах. А спустя некоторое время в Крыму появились части Добровольческой армии, войска Антанты, сменившие германские оккупационные части, и о собственной армии в собственной военной форме пришлось и вовсе забыть.

Однако идея иметь свою «карманную» армию оказалась очень привлекательной. В июне 1919 года в Симферополе состоялось тайное собрание помещиков и мурзаков, на котором было решено организовать особые вооруженные отряды для «охраны имущества от большевиков; чтобы отнять инвентарь у крестьян, получивших от Советской власти наделы помещичьей земли; для охранения тыла от развивающегося революционного движения среди населения полуострова» [10].

Всего планировалось создать четыре таких отряда, но в действительности к несению службы приступили только два из них. Один такой отряд (командир Кюгельген) в количестве 30 человек действовал на территории Крыма особенно активно. Спустя некоторое время, когда его численность достигла ста человек, он был переформирован в дивизион. Командные должности в отряде занимали восемь офицеров, откомандированных из частей Вооруженных Сил Юга России.

Личный состав отряда был одет в военную форму. Солдаты и офицеры носили гимнастерки защитного цвета. Другие предметы обмундирования и снаряжения не отличались от общеармейских. Однако погоны у них были гренадерского образца — желтые. В качестве головных уборов использовались белые папахи. Неизвестно только с кокардой или без нее [11].

В ноябре 1920 года многие служившие в отряде бежали в горы и стали заниматься бандитизмом, другие «бойцы» отряда вместе с П.Н. Шнейдером бежали в Константинополь, где в 1922 году организовали небольшой отряд под командованием Моисеева с целью высадиться в районе Партенита и поднять в Крыму вооруженное восстание. Но эта затея окончилась полным провалом.

История создания собственных вооруженных сил оказалась очень короткой. В дальнейшем попыток введения «самостийной» формы одежды для воинских частей, расположенных в Крыму, больше не предпринималось.


1. Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. Крымскотатарское национальное движение в 1917—1920 гг. // Крымский контекст. — 1994. — № 2. — С. 68

2. Сулькевич Мацей Александрович (1865—1920) из литовских татар, окончил Воронежский кадетский корпус, Михайловскую артиллерийскую школу, Академию Генерального штаба. Генерал-лейтенант (1915). В 1918 г. командующий 1-м Мусульманским корпусом, с конца 1918 г. начальник Генерального штаба Армии Азербайджана. Расстрелян большевиками в Баку.

3. Зарубин А.Г., Зарубин В.Г. К вопросу о крымском краевом правительстве М.А. Сулькевича 1918 г. // Крымский музей. — 1994. — №1. — С. 53

4. Мильковский Александр Степанович (1873—?) окончил Московское пехотное училище. В 1919 г. — инспектор артиллерии. Эмигрировал. В 1921 г. возвратился в Советскую Россию. Состоял для особых поручений 1-го разряда инспекции артиллерии и бронесил РККА.

5. Государственный архив Автономной Республики Крым (ГААРК). — Ф. Р-999. — Оп. 1. — Д. 135. — Л. 2, 7, 10 об.

6. Там же. — Л. 3 об.

7. Там же. — Л. 6.

8. Там же.

9. Оболенский В.А. Крым в 1917—1920-е гг. // Крымский Архив. — 1994. — №1. — С. 81.

10. Брошеван В.М. «Отряд, несущий людям смерть» // Известия Крымского Краеведческого Музея. — Симферополь. — 1995. — №11. — С. 60.

11. Там же. — С. 61.


  




Ваша поддержка ускорит проект и победу разума: