Л.А. Обухов, Пермский государственный университет

ПРИКАМЬЕ В ГОДЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

Гражданская война на Востоке России: Материалы Всероссийской научной конференции (г. Пермь, 25—26 ноября 2008 г.) / Пермский государственный архив новейшей истории. Пермь, 2008.


Вооруженный захват власти большевиками в октябре 1917 г. положил начало гражданской войне. «Мы в несколько недель, свергнув буржуазию, — писал В.И. Ленин в марте 1918 г., — победили её открытое сопротивление в гражданской войне"1. Но до конца мая 1918 г. гражданская война носила локальный, очаговый характер. В нашем крае с помощью отрядов Красной гвардии власть большевиков была установлена в Соликамске, Чердыни, Оханске, Березниковском районе. В Осинском уезде по волостям направлялись агитаторы в сопровождении небольших «летучих отрядов» из красногвардейцев, которые разгоняли волостные земства и Советы, не признававшие власть большевиков. В начале марта 1918 г. в защиту Учредительного собрания против большевистских Советов выступили крестьяне Острожской и Дубровской волостей Оханского уезда. 21 марта рабочие Кизела выступили с требованием хлеба, перевыборов Совета, свободы слова, печати и т.д. В середине мая произошло выступление рабочих Главных железнодорожных мастерских в Перми и Мотовилихинского завода. Пермский округ был объявлен на военном положении. ЧК арестовала 38 человек, в том числе видных деятелей меньшевистской партии А. Распевина, И. Емельянова, А. Андреева и др. 27 мая город Оса и Осинский уезд объявлены на военном положении.

С лета 1918 г. гражданская война приобретает широкомасштабный характер, охватывает всю страну. Толчком к восстаниям казачества и крестьянства явилось выступление чехословацкого корпуса. Уже 28 мая в связи с восстанием чехословацкого корпуса и занятием Челябинска Пермский окружной и городской комитеты РКП (б) объявили мобилизацию членов партии. 29 мая ВЦИК принимает постановление о переходе к всеобщей мобилизации рабочих и крестьянской бедноты в Красную армию. Надежды на добровольческий принцип формирования армии себя не оправдали. В тот же день, в связи с угрозой чехословаков, в Екатеринбурге создается революционный штаб Уральской области, в городе объявлено военное положение.

Летом волна крестьянских выступлений прокатилась по Прикамью. 27 июня вспыхнуло Шлыковское восстание, охватившее Частинскую и соседние волости Оханского уезда. В июле началось восстание в Суксунской и прилегающих к ней волостям. В этом же месяце волнения охватили до 10 волостей Кунгурского уезда. В июле—августе выступления крестьян и мобилизованных имели место в волостях Осинского уезда, в Чусовской и соседних волостях Пермского уезда, в Усольском уезде.

Для борьбы с чехословаками и частями Народной армии Комуча и Сибирской армией Временного Сибирского правительства 13 июня. постановлением Совнаркома учрежден Реввоенсовет для руководства войсками. РВС начал создавать фронт, который вскоре стал называться Восточным. На Среднем Урале образовано оперативное объединение Северо-Урало-Сибирский фронт, в конце июня реорганизованное в 3-ю армию под командованием Р.И. Берзина. Ей противостояли части Екатеринбургской группы Сибирской армии (команд. С.Н. Войцеховский, затем Р. Гайда).

Одновременно с борьбой на фронтах гражданской войны усиливаются репрессии большевиков против своих политических противников в тылу. Красный террор начался не с постановления Совнаркома от 5 сентября «О красном терроре», а намного раньше. Уже в июне 1918 г. в циркуляре юридического отдела губернского совета отмечалось, что «за последнее время бывает много случаев расстрела частных граждан местными исполкомами советов без достаточных оснований"2. В то же время Пермская окружная ЧК выступила с предупреждением: «Все, кто будет вести агитацию против советской власти и распространять ложные, нелепые слухи, будут преследоваться ЧК путем самых суровых мер и в случае поимки на месте преступления будут беспощадно расстреливаться"3.

В Перми было положено начало физическому уничтожению царской семьи. В ночь с 12 на 13 июня был убит Михаил Романов, брат Николая II. Убийство Михаила Романова положило начало массовому террору в крае. В ночь на 17 июня Пермской ЧК был арестован архиепископ Пермский Андроник, который был зверски убит в ночь с 19-го на 20-е июня 1918 г. 27 августа под Пермью расстреляны члены Поместного собора архиепископ Черниговский Василий, архимандрит, ректор Пермской духовной семинарии Матфей, миссионер А.Д. Зверев, приезжавшие в Пермь для расследования дела архиепископа Андроника. Обычной практикой становиться арест видных политических и общественных деятелей в качестве заложников, составление списков предполагаемых заложников. Так в июле ЧК арестовала более 80 человек, в августе более 140. Часть арестованных после взятия с них подписки не вести агитации против советской власти освобождалась. Но через некоторое время их могли арестовать вновь. В ответ на убийство Урицкого и покушения на Ленина в Перми было расстреляно 44 заложника, в Кунгуре — 28. Расстрелы продолжались и в дальнейшем. Расстреливали, как правило, большими группами.

На южные районы Прикамья большое влияние оказало восстание ижевских и воткинских рабочих, начавшееся 7 августа. В составе Ижевской народной армии были Сайгатский и Осинский крестьянские полки, партизанский отряд поручика Жуланова действовал в Осинском уезде. 18 августа вспыхнуло самое крупное в крае крестьянское восстание в с. Сепыч Оханского уезда, охватившее шесть волостей.

Красногвардейские отряды и части Красной армии достаточно быстро подавляли выступления плохо вооруженных крестьян, но противостоять регулярным частям чехословаков и казаков им было трудно. Упорно сопротивлялись отряды интернационалистов, сформированные из бывших военнопленных, латышей, эстонцев, китайских рабочих. А.Г. Белобородов, председатель Уральского областного совета в письме Я.М. Свердлову 22 июня прямо писал: «Уфимские «боевые дружины» в панике бежали от чехословаков, взятые на заводах красногвардейцы тоже не выдерживали, не выдерживали также и некоторые красноармейские части… Серьезную боевую силу у нас представляют военнопленные-интернационалисты, мадьяры в особенности, которые на чехословаков наводят ужас. Хорошо также расправляются с контрреволюционерами. Жаль только, что их мало"4.

Несмотря на все усилия части 3-й армии оставили 25 июля Екатеринбург и отошли в сторону Тагила. В первой половине августа они предприняли попытку наступления на Екатеринбург, закончившуюся неудачей.

После оставления Екатеринбурга в Пермь эвакуировались уральские областные организации. Сюда же переехал и штаб 3-й армии.

С начала августа упорные бои развернулись на Кунгурском и Лысьвенском направлениях, где многие населенные пункты, как станции Шаля и Кын, неоднократно переходили из рук в руки.

В конце сентября-начале октября была отражена попытка прорыва на Пермь через Кунгур 2-й чешской дивизии (команд. Р. Гайда), чему в немалой степени способствовал выход в район Кунгура отряда красных войск под командованием В.К. Блюхера и братьев Н. и. Кашириных, прошедших с боями 1,5 тыс. км по тылам противника.

18 ноября в результате переворота в Омске была ликвидирована Директория, к власти пришел адмирал А.В. Колчак, объявленный временным Верховным правителем России. На наш взгляд только с этого периода можно говорить о противостоянии красных и белых на Урале. До этого периода основной силой противостоящей большевикам были эсеровский Комуч и кадетско-эсеровское Временное Сибирское правительство. Считать войска Народной армии Комуча белогвардейцами, нет оснований. Комуч состоял преимущественно из социалистов, в основном эсеров, над зданием в Самаре, где заседал Комуч развевался красный флаг. Не корректно называть и части чехословацкого корпуса «белочехами». Чехословаки поддерживали идею Учредительного собрания, переворот Колчака они не поддержали и были выведены с фронта в тыл для охраны тыловых объектов, прежде всего Транссибирской магистрали. Тем более нет оснований войска Ижевской и Воткинской народных армий, состоявших в основном из рабочих, считать «белогвардейцами». Называть всех своих противников «белыми» и «контрреволюционерами» (белочехи, белополяки, белфинны, белоэстонцы и т.д.) чисто пропагандистский прием большевиков.

29 ноября части Екатеринбургской группы перешли в наступление в направлении Пермь-Вятка-Котлас.

30 ноября командующим 3-й армией Восточного фронта был назначен М.М. Лашевич. Смена командующего произошла явно не вовремя. 9 декабря войска 1-го Средне-Сибирского корпуса генерала А.Н. Пепеляева заняли Лысьву, 12–14 — станции Чусовскую и Калино. Части 3-й армии оказались рассечены на двое: часть отступала на Пермь, часть на север губернии. 21 декабря 30-я дивизия под командованием В.К. Блюхера оставила Кунгур, не выдержав напора чехословаков. Поражению частей 3-й армии способствовали антибольшевистские выступления в тылу: в сентябре восстание в Усольском уезде, волнения на Чусовском заводе, в октябре волнения мобилизованных в Пермском уезде, в начале декабря волнения рабочих в Мотовилихе. Ненадежными оказались резервы: 23 декабря на сторону противника перешел последний резерв — полк, под командованием бывшего полковника Бармина, брошенный на прикрытие прорыва в районе станции Сылва, 24 декабря поднял восстание 10-й кавалерийский полк, дислоцированный в с. Ильинское. 24 дек. части ген. Пепеляева заняли Пермь, с ходу форсировали Каму и захватили обширный плацдарм на правом берегу, создав предпосылки для наступления на Вятку. 6 января в связи с успешным наступлением 1-й и 5-й армий Восточного фронта в районе Уфы, Колчак отдал приказ о переходе Сибирской армии (бывшая Екатеринбургская группа) к обороне и переброске части сил в район Уфы. Потеря Перми явилась крупнейшей неудачей Восточного фронта, колчаковцам достались богатые трофеи. Эти события иногда называют «Пермской катастрофой», что не совсем верно. Занятие Перми Сибирской армией было, безусловно, крупным успехом, но имело все же частный оперативный, а не стратегический характер.

Для выяснения причин поражения советских войск под Пермью была назначена специальная партийно-следственная комиссия в составе Ф.Э. Дзержинского и. В. Сталина. По результатам её работы приняты меры по укреплению 3-й армии, произведены кадровые изменения в командовании. Уже в середине января 1919 г. 3-я армия предприняла попытки нанесения ряда контрударов и отбила несколько населенных пунктов. На территории, контролируемой Верховным правителем адмиралом А.В. Колчаком, был установлен режим военной диктатуры, но сразу же восстанавливались и органы местного самоуправления. Так в Перми уже 26 декабря опубликован приказ командира 1-го Средне-Сибирского Армейского корпуса генерала А.Н. Пепеляева о восстановлении городского и земского самоуправлений. Причем земства и городские думы восстанавливались в демократическом составе по результатам выборов летом 1917 г. Большевики исключались из восстанавливаемых органов местного самоуправления. В начале января возобновила свою деятельность губернская земская управа, Пермская городская дума. Пост городского головы вновь занял А.Е. Ширяев. Подобный процесс проходил и в уездах. Так, деятельность Соликамского уездного земства возобновилась 3 января.

Сразу после восстановления земства и городские думы занялись восстановлением хозяйства, обеспечением порядка и безопасности граждан, вопросами благоустройства. Одним из самых острых являлся вопрос снабжения населения продовольствием. Власти почти полностью возложили решение этой задачи на органы местного самоуправления. Помимо снабжения городов они должны были заниматься и снабжением армии, а это явно непосильная задача. Частично решить вопрос с обеспечением продовольствием городов помогло введение свободной торговли. Немалые усилия прилагало земство, чтобы обеспечить будущий урожай, провести посевную кампанию.

В губернских и уездных центрах создавались следственные комиссии «по расследованию преступных деяний большевиков и их сотрудников». Значительная часть материалов этих комиссий опубликована (См.: С.С. Балмасов. Красный террор на востоке России в 1918 — 1922 гг. М., 2006) В Перми такая комиссия была создана уже 1 января 1919 г. В приказе о создании комиссии подчеркивалось: «Преследованию подлежат только преступные деяния, покушения на таковые или приготовления к ним. Принадлежность к той или иной партии или сочувствие ей, не выразившееся в тех или иных действиях, преследованию не подлежит, так как на убеждения и взгляды граждан посягательства быть не должно"5. Но несмотря на подобные заявления, на территории занятой войсками Колчака был развернут белый террор, прежде всего против коммунистов и сочувствующих им, против советских работников и членов их семей. Все, кто работал в советских структурах или сотрудничал с большевиками, подлежали увольнению со службы. Подобная практика только увеличивала число противников колчаковского режима.

Начальники краев, управляющие губерний и уездов подчинялись военным властям. В районе действия армии её командующим назначался начальник военно-административного управления, в подчинении которого находилась гражданская власть и коменданты (городские, уездные) — военная власть. Военные власти могли отменить любое распоряжение гражданских властей и органов самоуправления. Активно вмешивались военные и в начавшуюся предвыборную кампанию в органы самоуправления. Так начальник гарнизона г. Перми 27 апреля 1919 г. подписал приказ, по которому в один день не могло быть более двух собраний. На предвыборных собраниях не должны подниматься вопросы политического характера. На собрания направлялись офицеры, которые затем докладывали коменданту о ходе собраний6.

Все попытки общественности ограничить роль военных властей кончились неудачей. Не выдержав произвола военных 1 апреля подал в отставку начальник Уральского края С.С. Постников. Колчак нуждался в органах местного самоуправления, несмотря на их оппозиционность. Земства и городские думы, прежде всего, стремились обеспечить нормальную повседневную жизнь людей, восстановить хозяйство, в чем правительство Колчака было заинтересовано. Колчак неоднократно демонстрировал свою поддержку органов самоуправления, стремясь таким образом заручиться поддержкой общественности и расширить социальную базу режима. Правительство предписывало военным оказывать всемерное содействие органам местного самоуправления, что на местах приводило порой к попыткам подменить последние. Некомпетентность и произвол военных вызывали ропот и протесты. Расправы без суда, порки, аресты были обычным явлением. Подобным образом действовали и большевики. Но при одинаковых методах управления, как позднее признал один из видных общественных деятелей Урала кадет Л.А. Кроль, сочувствие населения было за большевиками7.

Проведя дополнительную мобилизацию и завершив подготовку, 4 марта части Сибирской армии перешли в наступление в направлении на Вятку. Были заняты Оса, Оханск, Воткинск, Ижевск. Положение Восточного фронта стало угрожающим. Предпринимаются срочные меры по его укреплению. Разрабатывается план перехода в контрнаступление. Главный удар наносила Южная группа Восточного фронта под командованием М.В. Фрунзе на уфимском направлении. Северная группа, в которую входили 2-я (ком. В.В. Шорин) и 3-я (ком. С.А. Меженинов) армии, наносила вспомогательный удар на сарапуло-пермском направлении. 2-я армия 25 мая при содействии Волжской флотилии нанесла удар на Сарапул, Воткинск и 19 июня вышли к Осе и Оханску. Наступление 3-й армии было задержано из-за контрудара Сибирской армии, которая 2 июня заняла Глазов. Успешные действия Южной группы Восточного фронта и 2-й армии предопределили неудачу Сибирской армии и успешное наступление 3-й армии. Заняв Глазов 13 июня 3-я армия 19—20 июня вышла на дальние подступы к Перми. 20 июня 21-я дивизия под командованием Г.И. Овчинниковым, овладела Осой и устремилась к станции Кукуштан. С 21 июня по 1 июля проводилась Пермская наступательная операция. 3-я армия наносила удар на Пермь с запада и северо-запада, 2-я армия должна была содействовать 3-й армии наступлением на Кунгур и в обход Перми с юга. Пять дней шли упорные бои на подступах к Перми на фронте, растянувшемся от Ильинского до Нытвы. Особенно упорное сопротивление части Сибирской армии оказали у станций Григорьевская, Чайковская, Шабуничи. К 29 июня советские войска прорвав фронт вышки к Каме на широком участке фронта. К этому времени 30-я стрелковая дивизия под командованием Н.Д. Каширина заняла Оханск и Нытву, форсировала Каму, окружила два полка Пермской дивизии (Добрянский и Соликамский) Сибирской армии в районе д. Косотуриха, которые сдались в плен. С утра 30 июня начались бои непосредственно за Пермь. Руководство операцией по штурму Перми осуществлял начальник 29-й дивизии В.Ф. Грушецкий. В ночь с 30 июня на 1 июля красные части заняли Пермь. 1 июля части 21-й дивизии 2-й армии заняли Кунгур. Попытки командования Сибирской армией остановить наступление красных в районе Верхнечусовских городков окончились неудачей. Эвакуация белых проходила достаточно организованно. Они сумели вывезти большую часть оборудования заводов, в том числе Мотовилихинского, Лысьвенского и др., взорвали Камский мост, фактически полностью уничтожили речной флот. С белыми ушли почти все инженеры и техники, практически весь профессорско-преподавательский состав Пермского университета, подавляющее большинство духовенства.

В начале июля 1919 г. войска 21-й и 28-й (ком. В.М. Азин) дивизий заняли южные районы Прикамья. Кроме того в боях отличились конная группа Н.Д. Томина, Особая бригада М.В. Васильева и Особый Северный экспедиционный отряд С.В. Мрачковского.

Масштабные военные действия в нашем крае летом 1919 прекратились, но в лесах скрывались остатки формирований Сибирской армии, отряды дезертиров, совершавших нападения на советские органы. На севере края до марта 1920 г. продолжались боевые действия (Кай-Чердынский фронт).

Поражение Колчака и Белого дела вообще было обусловлено не только военными просчетами, но и непрочностью тыла. Крестьянство не поддержало Белое движение, а именно из крестьян состояли как Белая, так и Красная армии.

Недовольство продразверсткой и трудовой повинностью, введенные осенью 1919 г. на территории Пермской губернии, вылилось в крестьянские выступления в Осинском, Кунгурском, Усольском, Оханском, Пермском уездах. Большой размах приобрело дезертирство как из Белой, так и из Красной армий. Дезертирство можно считать одной из форм сопротивления властям. Крестьяне просто не хотели воевать. Основные очаги концентрации дезертиров — Оханский, Чердынский и Осинский уезды. Движение дезертиров носило, как правило, локальный, неорганизованный характер. В уездах действовали небольшие группы по 10–20 человек, но иногда отряды насчитывали по 100–200 человек. В ряде случаев дезертирство приобретало чисто уголовный характер, как это было в Осинском уезде.

Восстановление советской власти в крае проходило в сложных условиях. Первоначально власть на местах осуществляли чрезвычайные органы — ревкомы, создаваемые политуправлением 2-й или 3-й армий, либо назначаемые Вятским губревкомом. Процесс организации чрезвычайных органов власти в волостях Осинского, Оханского, Пермского и Кунгурского уездов завершился к середине июля 1919 г. В северных уездах губернии — Чердынском и Усольском он затянулся до начала августа. Параллельно возобновлялась деятельность организаций РКП (б). Со второй половины августа 1919 г. ревкомы заменяются выборными советскими органами. В северных районах этот процесс затягивается до октября—ноября. Восстанавливаются органы ЧК, для борьбы с контрреволюционными выступлениями создаются части особого назначения (ЧОН).

В сентябре в Перми организуется концентрационный лагерь. Позднее подобные лагеря создаются в Оханске и Кунгуре. В сентябре 1919 г. начал работать Мотовилихинский завод. 18 февраля 1920 г. был открыт мост через Каму. 15 января 1920 г. 3-я армия Восточного фронта преобразована в 1-ю революционную армию труда и направлена на восстановление транспорта, заготовку и подвозку дров, продовольствия и фуража на Урале.

Восстановление экономики на рельсах «военного коммунизма» оказалось малоэффективным. В тяжелом положении находилось сельское хозяйство, падение производства в котором продолжалось до 1922 г. Экономический кризис дополнялся кризисом политическим. Весной-летом 1920 г. во многих регионах страны создаются Союзы трудового крестьянства для защиты интересов сельских тружеников. В марте 1920 г. была предпринята попытка создания «Союза хлеборобов» в Половодовской и ряде соседних волостей Усольского уезда. Однако подобные организации властями воспринимались как контрреволюционные. Недовольство политикой «военного коммунизма» носившее сначала пассивный характер, начинает выливаться в открытые выступления. Волнения крестьян в губернии в 1920 — 1921 гг. имели место в Кунгурском, Осинском и Чердынском уездах. В октябре 1920 г. на Кунгурской беспартийной конференции крестьяне фактически поддержали лозунг «Советы без коммунистов». Проявление недовольства наблюдается и в рабочей среде, что выразилось в ряде забастовок.

Нарастание экономического и политического кризиса в стране, прямая угроза сохранения власти, вынудила большевиков пойти на введение новой экономической политики.


1 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 79.
2 ГАПО Ф. р-301. Оп. 1. Д. 11. Л. 83.
3 Там же. Л. 84.
4 ГАРФ. Ф. 9430. Оп. 1. Д. 218. Л. 2, 4.
5 Прикамье. Век ХХ. Пермь, 1999. С. 84.
6 ГАПО. Ф. р-746. Оп. 2. Д. 8. Л. 105.
7 См.: Л.А. Кроль. За три года (Воспоминания, впечатления и встречи). Владивосток. 1921. С. 157.


  




Ваша поддержка ускорит проект и победу разума: