Михаил Лезинский

И ВОЛНЫ БУШУЮТ ВДАЛИ - ИСТОРИЯ ОДНОЙ ПЕСНИ


Песня — художественный документ эпохи. Она всегда была выразителем судеб народных. Я хочу рассказать о широкоизвестной песне "Раскинулось море широко".

Во всех песенниках написано: "Музыка и слова народные". Но ведь были же авторы.

... Жил такой русский поэт Николай Федорович Щербина. В 1850 году у него вышел сборник "Греческие стихотворения". И были в этом сборнике стихи "После битвы". В них автор воспел освободительную войну греческого народа против турецких поработителей:

Не слышно на палубах песен,
Эгейские волны шумят...
Нам берег и душен, и тесен,
Суровые стражи не спят.
Раскинулось небо широко,
Теряются волны вдали ...
Отсюда уйдем мы далеко,
Подальше от грешной земли!..

Год 1843.

Прочитал эти строки Александр Гурилёв.

Композитор Гурилев , песни которого исполняются и сейчас: «Вьется ласточка сизокрылая», «Однозвучно гремит колокольчик», «Не заре туманной юности»... Композитору по душе пришлись стихи Николая Щербины, и он написал к ним музыку. Так родился этот романс... Тогда он был романсом! Назывался "Кочегар"...

Но не прижились слова Николая Щербины, народ придумал новые. И музыку — тоже. Написал новые стихи севастополец, моряк-черноморец Георгий Зубарев.

Будем точны: о происхождении слов песни "Раскинулось море широко" существует несколько версий. С исключительной точностью определить сегодня, кому принадлежит то или иное слово в песне, почти невозможно. Скажем так: Георгий Зубарев — один из авторов известной песни. И я, естественно, пытаюсь исследовать эту версию, которая мне ближе.

Георгий Зубарев служил на торговом пароходе "Олег". Условия были на нем, как в песне "Раскинулось море широко..." На пароходе "Олег" и произошел тот случай, который положен в основу песни.

В 1967 году севастопольский журналист Владимир Шаламаев разыскал в Балаклаве сестру Георгия Зубарева, девяностолетнюю Тину Даниловну Зубареву-Орличенко и записал несколько неизвестных текстов песни.

В 1976 году я встретился с другой сестрой Зубарева, Марией Даниловной Зубаревой-Архипец.

У восьмидесятилетней Марии Даниловны была отличная память. И она подтвердила, что первоначальный текст песни, который читал ей брат — Георгий Зубарев, был длиннее. И прочитала эти стихи:

Я помню, механик вскричал:
— Подлецы! Задам я ему притворяться! —
И, ткнувши ногою в бок мертвеца,
Велел ему тотчас убраться.

— Не смейтесь вы! —с ужасом доктор вскричал,—
Он мертвый, совсем застывает!
Механик смущенный тогда отвечал:
— А черт же их душу узнает!

Я думал, что он мне бессовестно врет,
Он не был похож на больного...
Когда бы я знал, что он в рейсе умрет,
То нанял в порту бы другого.

За эти и подобные строки Георгию Зубареву пришлось покинуть Черноморский флот и эмигрировать за границу. Судьба забросила его в далекое Марокко. Оттуда он писал матери в Севастополь:

...За все грехи мои жестоко
Наказан я своей судьбой
Скитаться у брегов Марокко,
Глядеть на мутных волн прибой,
И постоянно вспоминая
О Севастополе родном ...

Началась русско-японская война, и Георгий Зубарев вернулся в Россию. Служил на транспорте "Камчатка" и погиб в Цусимском сражении.

Позднее советский поэт Всеволод Азаров напишет об авторе строк "Раскинулось море широко":

Ведь сочинитель песни той
Был, говорят, моряк простой...
Прошел он путь бесстрашный свой,
И смыт безжалостной волной
Он был в сраженье у Цусимы...

Грозный революционный 1905 год. Романс "Кочегар" стал песней "Раскинулось море широко" и превратился в матросский гимн. Ее запели на броненосце "Потемкин". Только слова Николая Щербины Георгий Зубарев изменил:

По бурным волнам Черноморья,
Чуть видно темнея вдали,
Товарищ, мы едем далеко,
Подальше от нашей земли...

Владимир Ульянов-Ленин назвал "Потемкин" «непобежденной территорией» революции. И к зубаревскому тексту дописываются новые строки :

На нем не видать офицеров,
И нет командира на нем,
Нет равной "Потемкину" силы,
Все битвы ему нипочем...

Ноябрьским утром 1905 года на революционном крейсере "Очаков" взвыла сирена и был передан флажный сигнал: "Командую флотом. Лейтенант Шмидт".

"Очаков" был зверски расстрелян. Над бухтами Севастополя, над черноморскими волнами, окропленными кровью матросов, зазвучал знакомый мотив... Мотив знакомый , но слова — новые:

...Старушка, любимого сына
Ты ждешь не дождешься домой...
Гордись им —за правду, за волю
Погиб он в пучине морской...

25 октября 1917 года пал Зимний дворец — последний оплот самодержавия. И на Дворцовой площади Петрограда запели "Раскинулось море широко". В песне вновь зазвучали слова черноморского матроса Георгия Зубарева...

Началась Великая Отечественная война. И песня-ветеран, песня-воин надела на себя матросский бушлат и солдатскую шинель... Над городом зазвучала песня:

Раскинулось море широко
У крымских родных берегов,
Живет Севастополь могучий,
Решимости полной готов.
И грудью прикрыл Севастополь родной
Моряк, пехотинец и летчик,
У крепкой стены обороны стальной
Могилу находит налетчик...

Дважды на своем веку Севастополь держал испытание на мужество и каждый раз поражал мир силой духа. Великий Лев Толстой писал:

"Не может быть, чтобы при мысли, что и вы в Севастополе, не проникло в душу вашу чувство какого-то мужества, гордости , чтобы кровь не стала быстрее обращаться в ваших жилах".

Через много лет, защищая Севастополь, пулеметчица Чапаевской дивизии Герой Советского Союза Нина Онилова "ответила" Льву Николаевичу Толстому:

"Да! И кровь стала быстротекущей, и душа наполнена высоким волнением, а на лице яркая краска гордости и достоинства. Это наш родной советский город — Севастополь. Без малого сто лет тому назад потряс он мир своей доблестью, украсил себя величавой, немеркнущей славой.

Слава русского народа — Севастополь! Храбрость русского парода — Севастополь! Севастополь — это характер русского человека, стиль его души. Севастополь — это героическая и прекрасная поэма Великой Отечественной войны.

Когда говоришь о нем, не хватает ни слов, ни воздуха для дыхания..."

Герой Советского Союза Нина Онилова, защитница Одессы и Севастополя,— одна из первых, кто полюбила песню "Раскинулось море широко у крымских родных берегов", погибла в марте 1942 года. Свидетель ее гибели, писатель Александр Хамадан писал:

"...Нина Онилова угасала молча... Мы развернули сверток. В нем лежала книжка Толстого «Севастопольские рассказы», ученическая тетрадь... Мы развернули тетрадь. Первые страницы ее были исписаны рукой Ониловой. Торопливые, неразборчивые строчки. Полностью записан текст боевой песни приморцев: "Раскинулось море широко у крымских родных берегов..."

Погибла Нина, а песня, которую она пела под гитару в перерывах между боями, осталась... Только после горького отступления, в ней появились новые слова:

Не в силах мы город родной отстоять.
Мы ходим в крови по колено.
Подкошенный пулей свалился мой брат,
Никто не прибудет на смену...
Пускай мы погибнем в неравном бою,
Но братья победы добьются.
Взойдут они снова на землю свою,
С врагами сполна разочтутся...
Оккупанты вошли в Севастополь.

И почти на всех фронтах зазвучала песня:

Раскинулось Черное море,
И волны бушуют вдали.
Внезапно нагрянуло горе —
Враги в Севастополь вошли.

С песней "Раскинулось море широко" моряки пришли под Одессу и Севастополь:

Я встретил его близ Одессы родной,
Когда в бой пошла наша рота...

В первые годы войны на Северном флоте на музыку «Раскинулось море широко» была создана песня о сторожевом корабле "Туман".

Песня "Раскинулось море широко" в различных вариантах пелась всюду: в боях и походах, на коротком привале и в госпиталях, в эшелонах, идущих на фронт... Песня помогала не только переносить лишения, она поднимала в атаку, звала на подвиг:

Товарищ, не в силах я злобу сдержать,—
Сказал пехотинец танкисту,—
За муки народа, за Родину-мать
Отмстим ненавистным фашистам...

Матросская песня стала служить всем родам войск. Ее пели на сопках Мурманских и у Кимас-озера пехотинцы:

Раскинулись ели широко,
Как в белых халатах стоят,
Засел на опушке глубоко
В земле белофинский отряд...

Ее пели курские, орловские и брянские партизаны:

Разбились вагоны, слетел паровоз ,
Мы сделали то, что хотели,
И танки, и пушки, и фрицы вразброс
На воздух, как щепки, взлетели....

Песню пели "полонянки" — девчата с Украины, угнанные в рабство в чужедальние края:

Раскинулись рельсы широко,
По ним эшелоны идут.
В чужую краину далеко
Девчат-украинок везут...

Авторы почти всех фронтовых текстов неизвестны. Вот уж когда можно сказать: песни эти создал народ и они — народные!