ЖЕЛТЫЙ ЛИСТ ЗАДУМАЛСЯ О ЧЕМ-ТО

Желтый лист задумался о чем-то,
Нежно подставляя ветру грудь…
На перроне плакала девчонка,
Вызывая у прохожих грусть.

От волненья вздрагивали губки,
Но она не верила в обман,
Никогда он с нею не был грубым –
Обнимал и нежно целовал.

Но уехал, даже не простился…
Не своя домой она пришла.
И не слышно было даже смеха,
Страшной в этот день она была.

А наутро мать пришла усталой –
На столе записка в пару слов:
«Мамочка, прости – она писала, -
Что настал для смерти ранний срок».

Отшумели шумные вокзалы,
И на рельс легла ее щека.
Скорый очень быстро показался,
Что увез куда-то паренька.

Мать на переезд огнем бежала,
Но ведь бессердечны поезда…
И, обняв бездыханное тело,
Вскликнула и смолкла навсегда.

И не мог понять старик-обходчик,
С колеса косынку сняв в крови,
Что последним рейсом этой ночью
Двое стали жертвою любви.

Желтый лист задумался о чем-то,
Нежно подставляя ветру грудь…
На перроне нет в слезах девчонки,
Лишь осталась маленькая грусть.

В нашу гавань заходили корабли. Вып. 3. М., Стрекоза, 2000.


Предпоследний куплет, а также некоторые иные детали - "губки" и прочее, и сам настрой имеют аналогии в песне "Девушка из маленькой таверны" (там же см. ноты). Несомненно, что поется "Желтый лист" на тот же мотив и восходит к "Девушке из маленькой таверны". См. также "Форд".


ВАРИАНТ

Жертва любви


Желтый лист задумался о чем-то,
Нежно подставляя ветру грудь.
На перроне плакала девчонка,
Вызывая у прохожих грусть.

Содрогались аленькие губки,
Но она не верила в обман.
Никогда он не был с нею грубым,
Только очень нежно целовал.

Но уехал, даже не простившись,
Не своя домой она пришла.
И не слышно больше уже смеха.
Скрытна в эти дни она была.

Вот однажды мать пришла с работы -
На столе записка в пару строк:
«Мама, ты прости мне, – дочь писала, -
Что настал для смерти рано срок».

И молчат усталые вокзалы.
И на рельс легла ее щека...
Скорый поезд быстро показался,
Что увез куда-то паренька.

Мать наперерез огням бежала,
Только вот жестоки поезда.
Обняла бездыханное тело,
Вскрикнула - и смолкла навсегда.

И не мог понять старик обходчик,
Сняв косынку с рельсов, всю в крови,
Что сегодня ночью на пути на этом
Двое стали жертвою любви.

Желтый лист задумался о чем-то,
Нежно подставляя ветру грудь.
На перроне нет уж той девчонки,
Лишь осталась маленькая грусть.

Песни нашего двора / Авт.-сост. Н. В. Белов. Минск: Современный литератор, 2003. – (Золотая коллекция).


  




Ваша поддержка ускорит проект и победу разума: