СИДИТ В КАМЕРЕ МАЛЬЧИШКА

Во подземном каземате,
Проклят Богом и людьми,
Сидит в камере мальчишка –
Лет шашнадцати дитё.

— Ты скажи, скажи, мальчишка,
Сколько душ ты загубил?
— Восемнадцать православных
И сто двадцать три жида.

Брал я звонкую гитару,
Брал я финское перо,
Шёл на дело быстро, смело,
Бить ли, резать — всё равно.

- За жидов тебя прощаем,
А за русских — никогда!
Завтра утром на рассвете
Расстреляем мы тебя.

Старая каторжанская песня, известна ещё до революции. В ней отражён «народный антисемитизм», свойственный некоторым произведениям русского фольклора. Например, в апокрифе «Хождение Богородицы по мукам» Дева Мария спускается в ад и произносит слова в защиту каждой категории грешников; но, когда видит мучающихся в кипящей смоле евреев, требует от чертей подбавить жару, поскольку именно иудеи распяли Её Сына.

Жиганец Ф. Блатная лирика. Сборник. Ростов-на-Дону: «Феникс», 2001, с. 16.



См. еще один вариант, где парня спрашивает священник - "Ветер дует-подувает...". Там парня не только приговорили, но и расстреляли двадцатью пулями, из них 19 промахнулись. Встречаются контаминации этой песни с песней "Александровский централ", а потому, очевидно, поется она на мелодию "Александровского централа".


ВАРИАНТЫ (2)

1. В сыром подземном каземате


В сыром подземном каземате,
Прикован к каменной стене,
Влачит лихие дни убивец,
Проклятый богом и людьми.

"А ты скажи, скажи, детина,
Ох, сколько душ ты загубил?"
"Я девятнадцать душ крещенных
И двесте двадцать три жида.

Беру гитару тонку, звонку,
Беру я финское перо,
Иду на дело быстро, смело,
Убить, зарезать - хоть бы что.

К купцу под утро я забрался,
Сломал я множество замков,
Одну карымочку зарезал
И вот громила - был таков.

Я куш сорвал на семьсот тысяч,
Купил огромный новый дом
И рысаков орловских пару,
И шансонеток полон двор.

На рысаках я разъезжался
По городам, по деревням,
Домой я поздно возвращался,
Где начиналася игра.

Кто приходил ко мне с деньгами,
Тот уходил всегда пустой,
А я над ними все смеялся
С своей красавицей-женой".

Песни узников. Составитель Владимир Пентюхов. Красноярк: Производственно-издательский комбинат "ОФСЕТ", 1995.



2. Жил я в городе Одессе...

Жил я в городе Одессе
Да на улице Семской,
Там стоят четыре башни,
Посредине дом большой.
Тот не дом и не больница,
А настоящая тюрьма:
В той тюрьме сидит мальчишка
Лет двенадцати дитя.
Он не слышит и не видит,
Когда ключники идут,
Отворяют тихо двери
И такую речь ведут:
«Ты признайсь, признайсь, мальчишка,
Сколько душ ты загубил?» -
«Восемнадцать православных
И сто двадцать пять других». -
«За других тебя прощаем,
А за русских никогда».
Выйди, выйди ты, мальчишка!
Посмотри на белый свет
Сколько там стоит народу,
А посредине мать, отец».
Не плачь, папа, не плачь, мама,
Не плачь, родная сестра.
Завтра рано на рассвете
На свободу выйду я».

Записано в г. Владивостоке.

Георгиевский А.П. Русские на Дальнем Востоке. Фольклорно-диалектологический очерк. Выпуск IV. Фольклор Приморья. Владивосток, 1929. — (Труды Дальневосточного государственного университета. Серия III. №9). С. 82.



  




Ваша поддержка ускорит проект и победу разума: